Эхо

На один миг, эхо запуталось в ветвях, чтобы затем, сорваться в пропасть и совсем исчезнуть в глубине.
Дым, слетавший с кончика сигареты, касался лица, на котором неживым аксессуаром играла улыбка. Еще секунда и человек перестал смотреть на место битвы, в которой он выиграл, мелкие камни зашуршали под его ногами.
Одна пола его плаща была почти оторвана и это производило комичный эффект вкупе с его походкой, если бы не тяжелое хлопанье второй об пропитанные красным, штаны. 
Скрипнула дверь машины, на развороте он проверил фары и оставил ближний свет - ночь постепенно отступала. К полудню он обязательно должен был успеть встретиться с Мерил, как она себя звала, иначе кто-нибудь мог перехватить ее. Так хотелось увезти ее навсегда с собой, однако вульгарной простушке, лучше быть ближе к софитам и картонным домам, чем в мегаполисе.
Максвелл выбросил в форточку окурок и проводил взглядом машину полиции, сомнений не было - офицер спал. 
Когда они проезжали здесь вдвоем с Монди, он подозревал, что тот попытается его ограбить или запугать и все-таки удивился стволу упертому в его пах. Этот жирный псих был непросто извращенцем с побережья он слыл страшной легендой среди сладких мальчиков. Он дал Монди ключи от машины, как тот и просил, но стоило тому опустить ствол, Максвелл сшиб его, мужчины катались по земле, пока не грохнул выстрел, оцарапавший ногу одному, и пробивший легкое другому.
Сквозь помехи послышался голос радиоведущего, чья кофеиновая бодрость сочилась через хрипящие динамики седана, затем грянул джазовый оркестр и педаль газа плавно ушла в пол.

Агари Ка

  Стекла вздрогнули и превратились в пыль. Жар и давление в один момент спаяли в единое месиво дороги, дома и людей живущих в них. Единицам из них не совсем повезло выжить, ведь остаться целым, чтобы медлено плавиться заживо, в радиоактивном аду сомнительная удача. Сквозь тугой черный полог пыли не мог пробиться ни единый луч наступающего дня.
 На кварце очков искрились капельки тумана. Целый и невредимый, Агари Ка, смотрел на усиленное оптикой пылевое облако, на месте его прежнего дома. 
 Ненавистная работа курьером, позволила ему выжить сегодня, удача смешавшая в горящий ком всю его прошлую жизнь, оставив только кучку воспоминаний о людях из нее.
 Идти искать выживших или пытаться мародерствовать не имело смысла. Он прекрасно это знал, в равной же степени бесполезной задачей становились попытки идти к другим городам, ведь судя по накалявшейся, до этого обстановке, бомбардировке подверглись и они. 
 Агари после небольшого привала и осмотра посылок которые предназначались теперешним мертвецам избавился от ненужных вещей и двинулся на север, прекрасно осведомленный об опасности радиации, которую ветер мог направить прямо к нему. Больших запасов, воды у не го не было поэтому придется положиться на случай, который, возможно. оставит целым деревеньку к которой он и устремился.

В янтарной гирлянде

В янтарной гирлянде окон, было все больше лампочек. 
Люди спешили домой с нелюбимой работы, к толерантным домочадцам, готовым терпеть их слабости.
Кто-то отдавался этим слабостям, минуя, дом, а кто-то не добирался туда и после полуночи.
Количество машин на дорогах уменьшалось, а их скорость возрастала, тревожным ревом оглашая окрестности.
Вопреки прогнозам новостей, погода царила, чудесная, летний ветер, угонял за горизонт хмурые громады облаков.
Сверчки, запевали, свою торжественную песнь, некоторые, в последний раз.
Среди всего этого могучего движения, по улице, полной отчаявшийся людей, перепрыгивая, трещины, расползающегося асфальта, неспешно трусил рыжий котенок.
Он был захвачен запахами лета и собственной решительностью, позволившей, выскользнуть из душного жилища своей юной хозяйки.
Пушистый комочек, периодически останавливался и жмурился, шевеля крохотным розовым носиком.
То тут, то там, скользили запахи съестного и он никак не мог решиться в направлении.
Огромный гладкий черный кот, едва не сбил мурчащего пушистика, который, повинуясь инстинкту, бросился за сородичем.
Спустя минуту их кросса, оба пролезли в подвальное окно и затаились в уголке. 
Черная морда двортерьера, не пролезла за ними и пес остался скулить на улице.
Меж тем помятый кот проводил рыжего до другой стороны подвала и мягко вытолкнул из другого окна.
Здесь стояла миска с прокисшим молоком и гниющие куриные кости, что совсем не заинтересовало котенка.
Он было двинулся дальше, однако был остановлен, вороной, приземлившейся прямо перед ним.
Седая каркуша прыгала из стороны в сторону, мешая пройти и звучно щелкала клювом.
Рыжик притворился оцепеневшим, но стоило крылатой бестии сделать шаг, он припустил в сторону.
На одном дыхании, рыжий пересек дорогу, пролетев под ревущим монстром, миновал, бренчащих на гитаре уставших людей, проскользнул между парочкой, выясняющих отношения, отпрыгнул от выгуливающей хозяина таксы и вернулся в родной двор.
Там он сел на краю песочницы под светом рыжего фонаря и запищал, своим котеночьим сопрано. 
В доме напротив, загорелось еще одно окно, его на секунду заслонила тень, а уже через минуту, в синем халате и тапочках, выбежала девочка-подросток.
Она подхватила мохнатого приключенца и понесла его домой.