Герои из подворотни - Аннет

...Она сгребла деньги в кучу,  бумага, грязные монетки, маленькая кучка, которой, по её мнению было слишком мало, настолько мало, что ей на секунду показалось, словно цель недостижима. Безысходное ожидание мифического принца. Что, впрочем, не противоречило, тому способу, который она выбрала. Очередная "красотка", но с гораздо более прозаичной судьбой...

Утаив от молодого и успешного футболиста ребенка, Аннет, вернулась к своим родителям в Плимут, штат Массачусетс. Смиренно потупив глаза, она предстала на родительском пороге. Когда Клавдии, названной в честь прабабки исполнилось шесть лет, Аннет оставила на туалетном столике короткую записку и выпорхнула обратно в Бостон вместе с дочуркой. Прошлый опыт отношений не особо её вдохновлял, потому она вела скромный образ работящей матери-одиночки. Дневной пансион с престарелой вьетнамкой-японкой или может вообще японкой, оставлял достаточно времени для швейной фабрики и бухгалтерских курсов. Ей было двадцать пять лет, она не строила иллюзий и не искала опору, которая по её соображениям скорее придавит, чем убережет.
Спустя четыре года, Аннет удалось устроиться в одно из тех больших зданий к востоку от чайна-тауна и для неё, наконец, замаячила перспектива переезда из затхлого микрорайона.

Время близилось к девяти, на улицах не было людей, одни только запуганные хиппи, да “крутые парни”, и те, и другие целыми днями были под кайфом.
Аннет шла, взяв Клавдию за руку стараясь, не оглядываться, может ей и казалось, но вот уже пару минут за ними шли. Девочка напротив беззаботно щебетала о своей школе, идиотах-парнях и соседке миссис Клочевски. Её голос звенел, позволяя Аннет держать себя в руках, чтобы не сорваться в бег.
Вдруг от стены отделилась тень. В голове женщины. мелькнуло: “Обошли”. Она нащупала новый, в защитной пленке тазер и приготовилась... Но совершенно напрасно, ведь дорогу им преступил беззубый полубезумный бомж. Воздев руки, тот начал выделывать странный танец приседая и тряся буквально всеми конечностями. Не церемонясь, она отдвинула бомжа, брезгливо отирая руку и пошла дальше.
Ей показалось, или через минуту, она словно бы услышала приглушенный вскрик, того чудного старика, но она прибавила шагу. Клавдия замолчала, и, поглядывая на маму, старалась не отставать.
Оставалась самая малость до их квартирки, когда тяжелое низкое дыхание, зазвучало прямо за спиной.
Огромные руки развернули обеих, да так, что девочка упала. Сальные глазки человека в синей форме скользнули по ней, с большим опозданием, замечая доставаемый тазер. Огромный человек увернулся от заряда и ударил ребром ладони по рукам девушки. Клавдия, все еще сидя, заплакала, когда её мать, от зверского удара в висок, повалилась на асфальт, надолго потеряв сознание.

Она медленно приходила в себя. Картинка перед глазами прояснялась, приходили звуки. Мерные ухающие, они заставили девушку похолодеть. Повернув голову, она увидела это полуголое чудовище прямо на тихо-лежащей девочке. Везде была кровь, но отвратительный гигант продолжал двигаться взад и вперед раскатывая тело и жизнь маленькой девочки. Слезы сами текли из глаз.
Что-то тускло блестело прямо перед ней. Рифленый ствол черненой стали сам лег ей в руку как раз тогда, когда мужчина по своей природе ничего не мог видеть.
Три выстрела, один за другим, вырвали отвратительный окровавленный отросток, из тела её дочери, повалив тело, нарастающую лужу собственной крови.

Она буквально бежала, крепко держа полегчавшее тело дочери замотанное в останки одежды. “О, если бы я бежала так раньше” - думала она.
В больнице обнаружилась, колоссальная потеря крови и кома маленькой девочки. Не обращая внимания, на собственную, боль она всю ночь просидела  у постели, уснув прямо там.
Тактичный стук медсестры и предложение пойти домой, не казались такими уж плохими и Аннет, еще раз глянув на дочку, пошла домой.
У подъезда стоял молодой коп и что-то записывал, слушая немолодого афро. Аннет все поняла еще до того как тот заметив её потянулся к стволу. Бросившись бежать, она ушла в соседний район.
Её ищут, она - убийца, вопреки всему, включая здравый смысл. Три пули в тело копа, изнасиловавшего до смерти дочь, сделали именно её -преступницей. Ведь так было всегда, женщина - не имеет права на защиту.

Спустя несколько дней она держала в трясущихся от холода руках три бумажки: больничные счета и огрызок с номером телефона “одного парня”. Позвонив за счет абонента, Аннет услышала в трубке бархатистый голос “папочки”, который, не только готов был предоставить укрытие, но и “кое-какую работенку”. Она решилась, на это понимая, что становится донором органов в подпольной клинике, ради оплаты счетов легальной глупо. Её, как и всех женщин тешила мысль, что это только на время, ради дочери.

Она сгребла деньги в кучу,  бумага, грязные монетки, маленькая кучка, которой, по её мнению было слишком мало, настолько мало, что ей на секунду показалось, словно цель недостижима. На подходе был следующий клиент. Цель - выплатить больничный счет и поддерживать работу аппаратов жизнеобеспечения для дочери откатилась куда-то на второй план, уступив туманному желанию забыться. Ей были отвратительны клиенты, папочка, улица, её наряд, шлепки по заднице и тот мерзкий звук хлюпающий ритмичный звук который издавало её тело.
Парень спросил сумму и удовлетворенно кивнув протянул две бумажки. “Большие чаевые, да и вроде не урод” - походя отметила она увлекая молодого мужчину в клетчатых ботинках в темноту.
В каморке воняло, как она не начищала её, запах не уходил. “Возможно,” -  иногда думала она - “так пахну я сама”. После ритуальной ласки и притворных постанываний Аннет, парень перешел к делу. Она зажмурилась , время от времени, привычно вскрикивая, прижимая его зад и меняя позы, работала как и обычно.
Тяжелое дыхание, гулкое и низкое заставило её открыть глаза. Она была сверху  и когда её взгляд опустился, то встретился с маленькими сальными глазками казалось бы говорящими: “Теперь и тебя...”
Не отдавая себе отчета и не снижая ритм она протянула руки к этой мерзкой шее, человека изуродовавшего её дочь.

Возбудившись еще больше, от того что его придушили, молодой человек не сразу понял, что происходит, но попытавшись убрать руки он наткнулся на железный хват обезумевшей женщины. Все перед ним стало меркнуть, а ноги сами собой затряслись. Рука, упавшая чего-то коснулась и сомкнувшись, в последнем усилии, направила незамеченный кусок разбитого стекла прямо между ребер.

Аннет взвыла, вновь увидев пед собой лишь молодого парня, соскочив с него она бросила себя к стене, безуспешно пытаясь вынуть осколок. Мужчина как есть выскочил из каморки прихватив одежду ту которую увидел, не потрудившись взять ботинки и носки.
Она ревела зверем изворачиваясь и кружась, пытаясь нащупать причину своей боли.
Устав, бороться она натянула трусики и туфли, покачиваясь пошла вдоль стены к дому Папочки-Чарли, чтобы тот помог ей.
В проблесках сознания, она едва видела путь, и почти ползла, как ей казалось, что почти.

Она уперлась головой в чью-то ногу и не церемонясь, хватаясь за штанины подняла себя кривясь, пытаясь сказать что-то членораздельное.
“Наконец-то,” - произнес голос - “я уж думал, что не увижу тебя снова”.
Крепкие руки поставили её перед мужчиной и она смогла его увидеть,
одной рукой, он рванул на себе рубашку обнажая огромную грудь покрытую длинными розовыми шрамами, с тремя углублениями вокруг сердца.
“Я так ждал тебя,” -  произнес обладатель внимательных блестящих глаз. Его рука не боясь порезов протянулась за спину и резким движением вогнала осколок заставив Аннет выплескивать фонтаны розовой пены.

Герои из подворотни - Кай

Мужчина в клетчатом пальто в очередной раз остановился у витрины магазина с искренним интересом вглядываясь в её содержимое. Помимо клетчатого пальто на нем была черная фетровая шляпа и такого цвета брюки, под которыми видны были чищенные в зеркало туфли. Под всем этим угадывалось слегка обрюзгшее тело с цыплячьей грудью. Совсем по-детски он всплескивал руками, когда ему что-то нравилось, некоторые вещи просил поглядеть ближе подолгу держа под безразличным ко всему взглядом лавочников. Такие люди всегда раздражают своей праздной заинтересованностью ко всему, будто мартышки, они разряжаются в невообразимо яркие наряды и ходят поблескивая золотом дорогих часов.

Когда беззаботный господин насмотревшись вдосталь антикварных редкостей пошел дальше. От стены напротив отделилась худощавая фигура мальчика в грязно-синей приютской форме. Он  надвинул на глаза кожаную кепку и пошел вслед за человеком в клетчатом пальто, не сводя глаз с оттопыренного кармана, в котором даже отсюда виднелся распухший от ассигнаций кошелек. Такое преследование для сироты по имени Кай могло продолжаться почти, что вечно, задавшись целью выбрав мишень он шел настолько долго, что всегда дожидался, того мига, когда зазевавшийся богатей расслаблялся и позволял стащить свое добро, даже в упор не замечая ловких маленьких рук у себя в карманах.

Он ждал, а господин по прежнему беззаботно ворковал, с проходящими дамами, и желчными лавочниками.

Торговые ряды кончились уступив место облицованным серым камнем домам плотно без единой щелочки приставленным друг к другу.

Пресловутый господин ускорил шаг перехватив свою трость двумя руками, он явно бывал в этом районе и по всей видимости у Кая оставалась последняя возможность сыграть свой ход, чтобы сорвать куш. Нужно было быстро соображать. Неподалёку крутились собаки, потроша мусор бакалейной лавки, мальчик взял не большой камень и запустил в крупного пса , надеясь, что всё получится, в противном случае, он станет собачьим кормом. Как и следовало ожидать, взвывший от боли пёс, сначала присел, а потом что-то рявкнув, своим товарищам рванул мальчишке, тот, не теряя времени во всю прыть, дёрнул к молодому господину, который, заслышав приближающиеся шаги начал вынимать из трости кинжал. В тот момент когда озверевшее животное в шаге от мальчишки добралось до господина, тот сделал выпад в его сторону, целя в шею. Довольный своей реакцией он не заметил, что искавший защиты в его фигуре мальчишка запустил руку в карман.

Мальчишка рванул дальше, господин начал вытирать лезвие клинка.

Кай  решил убраться подальше насколько возможно, и остановился, только оказавшись в зком длинном помойном коридоре между рядов домов. Его добыча в этот раз была особенно, удачной и вместе с накопленным ему хватало денег на то, чтобы убраться из неудачной для него Родины в край чудесных американских прерий. Проход назад его головой закрыла тень, ровно в тот момент, когда последняя из купюр вернулась в кошелек, краем глаза заметив её,он было ,подумал, что хозяин имущества все-таки нашел его и теперь его будут сильно бить, или даже полосовать лицо ударами стали, но подняв голову, он увидел, то, что его напугало, тень в форме человека, стояла перед ним - просто большая черная фигура, словно, смерть из слышанных им немецких сказок.

Одна из конечностей. Этого существа приблизилась к лицу мальчика, тот отшатнулся, в следующий миг ужасная сила подбросила его в воздух. Пролетев по кривой, Кай ударился затылком о стену и отключился.

Очнувшийся мальчик, обнаружил себя лежащий неподалеку от стены с намертво зажатым кошелем в руке, несмотря а силу удара о стену, его даже не тошнило. Вокруг смеркалось, а это означало, что ему стоило поспешить. ведь с закрытием приюта он лишится не только ужина, но также будет вынужден опять спать в продуваемом деревянном сарайчике.

Еще издали подходивший Кай заметил прямой, как палка, силуэт директора. Прилизав волосы, кошелек благо был спрятан по дороге, мальчик приготовился к долгому отчитыванию и следовавшей за ним неизменно-жесткой порке. Однако, сэр Боатвейн лишь покровительственно, положил ладонь на плечо, с силой его сжав и повлек за собой, мимо спален и кухни к себе в кабинет.

- Вот тот самый замечательный мальчик, как я и говорил, он вернулся до темноты, он у нас, послушный малый.

Директор говорил это молодой женщине и мужчине, ждавшим в кабинете. Улыбка,  на его лице, в тот момент, была искренней и лучезарной. Взгляд который устремлялся на мальчика, куда правдивее говорили, что если Кай выкинет, чего сейчас, сидеть на твердом придется не скоро.

- Все необходимые бумаги об усыновлении, я подготовлю для Вас в кратчайший срок.

- Но мы хотели бы сначала пообщаться ребенком, вдруг, - говорившая женщина запнулась, - он не хочет  к нам.

- Так Вы его сами-то и спросите, - Джонатан Боатвейн повернулся к мальчику и скорчил жуткую рожу, от которой тому, стало так смешно, что громкий хохот сам собою вырвался из мальчика.

Засмеялись и остальные. В разрядившейся обстановке, Кай подошел к мужчине и спросил:

- Как Вас зовут сэр?

- Купер, прошу прощения, Гарольд. Но ты можешь звать меня папой, - робко поправился он.

- Значит, по рукам, папа, - Кай подал руку сделав вид, что плюнул на неё, но молодой человек будто бы и не заметил, крепко пожав узкую с изгрызенными ногтями руку.

Спустя почти десять лет с того момента мистер Кай Купер сидя в поезде, размышлял, что выкинь он очередной фортель, и всё сложилось бы иначе. Молодой успешный архитектор, зарабатывал, на жизнь своим острым умом, даже не помышляя, запустить свою руку в подвернувшийся карман, вечно беспечных прохожих.

Через месяц планировалась свадьба, проводимая им исключительно по расчету, несмотря на выдающиеся внешние данные невесты. Брак сулил проведение серии солидных сделок при участии отца девушки, промышленника, сделавшего целое состояние, на внедрении особых станков для штамповки металла.

Невеста выбрала местом проведения церемонии свой родной и Кая, город Бартон. В нем молодой человек не бывал, со времени усыновления, родители, сразу увезли его в Лондон, а потом, увидев, что он за человек, поспешили отдать в частную школу, из которой он поначалу сбегал. Это однако дало свои плоды и детское увлечение рисунками, вдруг ожило в проектах строимых им зданий.

Щеголеватый молодой человек, в обтянутом блестящей материей цилиндре, с тростью о серебряном набалдашнике, шел по улице улыбаясь во все свои белые зубы, до свадьбы оставалось еще несколько часов, и ему удалось-таки сбежать от сонма невесть откуда взявшихся  родственников и друзей. Можно было бы пропустить немножко спиртного заглянув в многочисленные здесь пабы, но алкоголь планировался позже, в изрядных свадебных тостах.

Вдруг, что-то его остановило, справа от него зиял полумраком узкий проход между домами. Неосознанным движением он потер палец руки, тот на котором много лет уже не хватало единственной вещи оставшейся от матери - золотого кольца. В тот злополучный день он не заметил его потери, мучимый желанием избежать порки.

Он направился туда, сам не понимая, почему, тая крохотную надежду на чудо. Смрад и прохлада приняли его также и как и много лет назад с охотой втискивая запахи чужой жизни прямо в изящные ноздри, впрочем не имея возможности смутить человека выросшего на улице. Впереди копошились собаки, по-видимому перепрятывавшие кости из мясной лавки и Кай взял попавшийся ему увесистый камешек для безопасности. Как оказалось не зря, на только подошедшего человека псы стали рычать, однако брошенная каменюка рядом с одной из них, заставила свору, со скулежом, броситься наутек. Он подошел к стене о которую ударился головой. Теперь место удара было как раз на уровне глаз, он отчетливо помнил удар и его сокрушающую силу, и казался невероятным тот факт, что ни разу за все годы, не было и намека последствия.

Проследив глазами он, внезапно вспомнил во всех подробностях, тот день. Но было удивительно, что все вспоминалось, будто бы со стороны: вот он летит в стену и расслабившейся кучкой сползает по нему оставляя буроватый след от жесткого прикосновения собственного затылка, рука невольно потянулась его потрогать, вот кто-то сильный швыряет в невесть откуда взявшуюся тут яму совершенно голого мальчика, в котором он не без труда узнает самого себя, волосы слиплись в один ком, закрыв ему лицо. Каю удалось увидеть спадающее в могилу кольцо матери.

Когда Кай снова пришел в себя от воспоминаний, то понял, что лицо стянуто коркой высохших слез. Он подумал, что должно быть собственный мозг, в такой странной форме полусна показывает, где находится столь нужный предмет, особенно накануне свадьбы. Через пару минут, он уже бежал к крыльцу ближайшего дома, чтобы попросить лопату.

Копать пришлось долго, но как только Кай решил разочароваться в своей й затее, лопата уткнулась во что-то веретенообразное. Приложив усилие он вытянул длинную кость человеческой с остатками почти окаменевшей плоти, без особого удивления молодой человек обнаружил тут же и остальной "комплект". Решив, что ему случайно так повезло, в отрицательном смысле слова, он начал копать чуть левее. Сбросив негодную теперь сорочку, он без устали копал, пока не обнаружил второй скелет, а затем третий. Было похоже на тайную братскую могилу.

Кай начал копать в четвертый раз, начисто забыв, и о цели прихода сюда, пока наконец ему не удалось найти лежащий прямо под стеной маленький череп разбитый сильным ударом. Бросив лопату, он начал разгребать землю прямо руками, бережно выкладывая найденные кости маленького скелета. И когда наконец он увидел, блеск среди земли дышать было почти невозможно, от охватившего его возбуждения.

Бережно взяв маленькую вещь трясущимися руками, Кай начал тереть её от грязи уголком рубахи.

В тусклом свете луны, прозрачный камень кольца засиял как прежде, и стоящий с ним в руках человек наконец смог разглядеть невидимое для всех, своё лицо, непроницаемо-чёрной тени.

Герои из подворотни - Леонид

Моё утро начинается с зеркала. Обычного заплеванного зеркала напротив моего окна, прямо на голой, неаккуратно замазанной стене. Я беру кружку дегтеобразного кофе и сажусь наблюдать за собственным отражением, выдающем, по воле моей фантазии, удивительнейшие вещи.
В детстве я даже воображал, что именно оно нашептывает мне, те сонмища страшных историй, что писательской рвотой выходят на бумагу, и пачкают её не давая и шанса пройти историям с позитивным сценарием. Возможно тому служит и тот пейзаж, что я вижу за окном - напыщенный господин, располагается в воздухе,  под ним мусорные кучи, преимущественно металлического характера, особенно много холодильников. По боками неаккуратно замазанные бойницы окон. Сверху туманная бесконечность сомкнутых многоэтажек. 
Кому-то интересен телевизор, кто-то принимает порции котиков на ю-тубе, мне же достаточно выглянуть в окно. Темнота привлекает молодых ради быстрого секса, хотя готов поклясться, пару раз, девушки отлично знали о моём присутствии. Бомжей и других маргиналов, мои владения влекли для разборок, в качестве места удовлетворения естественных нужд или, иногда, как временное место жительства. Впрочем в последнем случае, всё заканчивалось первым - разборками, и вооруженные осколками стекла и железа, несчастные кромсали друг друга.
Меня можно назвать циничным человеком, ведь никогда я даже не пытался кого-то спасти, хотя и замечал не раз, обращенные в мою сторону досадливые взгляды полицейских.
Так я и жил напитываясь миром за окном, получая гонорар за описание ежедневных кошмаров из-за заоконного мира. До одного дня.
Бессонница, целую неделю не было и намека на блаженное забытьё. Я начинал беситься, тем более от того, что не мог работать. Даже традиционная муза в лице бутылки абсента, совсем не помогала, трезвея, загнанным зверем, я носился из угла в угол, боясь ответить, на раздражающе громкий телефон. Со дня на день издатель мог придти ко мне домой. Мерзкий старикашка был до крайности заботлив и мил, в своём беспокойстве о собственных инвестициях.
И тогда я вспомнил о своём коте, вернее о том успокоительном которое покупал для него. Сам кот, почил уже давно, соскользнув с подоконника, во время грозы.
Поначалу, средство не подействовало, видимо, из-за вышедшего срока годности, однако стоило мне встать – весь мир покачнулся, и лицо встретило пол. 
Сон, который я увидел, был невероятно реалистичным, но очень сумбурным. Маленькая девочка в ярко-голубом платье, заляпанном кровью, тянула меня за руку. Лицо искажено болью, а губы шевелятся, но я не слышу её. Она видится мне как будто сверху, а потом, кто-то другой, сильный разворачивает к себе. Мне запомнились длинные пальцы с когтями и кровь, много крови.
«Утро» было тяжелым, слышались тяжелые удары в дверь, крики, нечеловечески кружилась голова во рту привкус рвоты и металла.
- Лёня, открой, я знаю, что ты там! - басил Яков Георгиевич, почти умоляюще.
Ему вторило дребезжащее сопрано, престарелой соседки, с вечными бигуди в фиолетовых волосах.
Потом они затихли на моей лестничной клетке возник новый голос, сосед снизу по имени Игореша, как заискивающе называли его все жители дома. По обычаю он бывал либо нетрезв, либо с похмелья, ни одна из ипостасей не сулила мира.
Через миг несчастная дверь висела на остатках нижней петли. Влетевшие в комнату соседи, сгрудились вокруг меня. Потом был звонок в скорую, хотя и кое-кто настаивал на милиции, для "тщательного расследования". Меня погрузили в белый катафалк, как есть, в драных трусах и блевотине в волосах. Привезли в стационар, где я пролежал в приёмном покое добрых четыре часа. 
Вся эта не слишком приятная история растянулась на недели, в которые, благодаря заботе моего литературного агента, я, работая с ноутбука, дорабатывал приторную историю о новой золушке. Врачи осторожно расспросили меня, подозревая подростковый суицид в причинах моего плохого самочувствия, а узнав правду, лишь покрутили пальцем у виска, прописав по моей просьбе курс барбитуратов.
Я вернулся домой к своему окну и поганому кофе похудевшим измотанным, о все-таки довольным, ведь спал теперь как убитый, без единого намека на кошмары. 
Подворотня под моим оком жила привычным циклом, собирая урожай из облегченного поведения дам и таких же отчаянных мужей. 
В тот вечер, я, поначалу, не придал внимания возне и крикам за своим окном, а потом, решил все-таки подойти. Всё изменилось за мгновение: огромный мужик тащил высокую хорошо-одетую девушку, а на его руке висела девочка, в ярко-голубом платье, крича, чтобы тот отпустил её маму. Не было сомнений, то была девочка из моего сна. Не зная, что делать – я завис. В итоге схватив, подаренный охотничий нож, вдруг, понял, что не успею, пока буду оббегать дом, всё уже произойдёт. Решение нашлось справа от меня, старая пожарная лестница на соседнем балконе. Надев кеды, я отчаянно прыгнул, отчего нож, выскользнул из моих штанов вниз. К счастью звук его падения не был замечен.
Внизу было скользко, мерзко воняло, а нож плотно вошел в слипшийся ком из разнообразного мусора.
Преследуемые мной, ушли вперед, но слышались их крики. Я побежал, в очередной раз, проклиная свою физическую немощь.
Впереди был свет, моргающий свет флуоресцентных ламп. Остановившись отдышаться, я заметил, что крики прекратились. Заспешив вперед, я, вдруг вылетел на освещенную площадку, где на другой стороне разыгрывалась драма: огромный мужик прижал ту самую девушку, задрав её ногу, другой рукой отбрасывая маленькую девочку. Трагедия разыгрывалась с ужасающей скоростью. И я решил броситься на мужчину сзади и даже достал нож. Но раньше, чем я успел что-то сделать, тот заорал, я видел лишь, что девочка в голубом платьишке бьёт своим маленьким кулачком куда-то в районе пояснице, куда удалось достать. Вдруг, из-под рук девочки показалась кровь, мужчина осел и молодой девушке без труда удалось столкнуть того на землю. Она поправила прическу и посмотрела в мою сторону, пока девочка обшаривала огромный труп. Считанных мгновений мне хватило, чтобы понять, что произошло, и что будет дальше. Я побежал, отчаянно и быстро как-никогда, из головы не уходила картинка: обрушивающаяся туша, убитая маленькой девочкой, тем более, что именно её я видел во сне. Мне не повезло, спустя метров двести, боль вошла в спину, между лопаток, отчего я упал и пополз. Девочка догнала меня и встала на пути, у неё была очень милая красивая улыбка, рубиновые капли падали с её платья передо мной. Я упал ничком а асфальт и умер…
Маленькая девочка в ярко-голубом платье, заляпанном кровью, тянула меня за руку. Лицо беззаботно, а губы шевелятся и я слышу её: 
- Попался!

Непридуманный мир песня

Непреходящее...
Неуходящее...
Временное...
Настоящее...

Смотри!
Этот свет для того кто увидит,
И падать вверх, непременно,
Красиво и очень тонко -
Доверяя походке -
Путь держать в Не Придуманный Мир!

И бегу снова,
Чтобы стоять!
Там где я есть!
Там где я давно уже был.
Небеса на картоне -
Давно на куски,
Мне остается
Путь держать в Не Придуманный Мир!

Стеклянная доброта.
Миллион гордостей, глупостей, странностей!
Кто придет в твой Не Придуманный Мир!